Технологии в электронной промышленности №3'2012

Преодоления: прогноз позитивный

Лысов Вадим


В статье рассматриваются проблемы развития (или стагнации) взаимоотношений (или взаимоотчуждения) государства и предприятий, занимающихся той самой модернизацией промышленности, без которой нашей стране не выстоять в конкурентной борьбе мировых держав.

Введение

Начнем с теории. Стоит открыть стандартный учебник по экономике для менеджеров производств, например, и так все светло и чисто становится, что изумляешься: да как же это, ведь все так ясно, в теории кирпичик к кирпичику, только следуй правилам! Примерно на таком же языке разговаривают «официальные органы» страны, заботливо разбавляя «чистую теорию» потребностью господдержки отдельных направлений и, конечно, необходимостью обеспечения социальных гарантий (кому, на какой период, за что и для чего?). «Спрос – предложение – равновесие – правило Парето» плюс теории «господдержки и ограничений» — и все эффективны и удовлетворены! Порядок и идиллия, как в теории идеального газа.

На самом деле, в реальной экономике, где конкуренция имеет совершенно иное значение, чем в «облегченных» теориях, а господдержка не подразумевает компенсационных мер, призванных как минимум смягчить данное неэффективное мероприятие, воздействующее не только на конкретный поддерживаемый сегмент, а на целый кластер связанных с ним отраслей, облегченная теория — просто игра, а не прикладной инструмент анализа состояния текущего и синтеза решений для будущего.

Кроме искаженного представления (как можно судить по официальным публикациям) о реальном состоянии рынка электроники РФ и действующих на нем лиц (потребителей, производителей, обслуживающего окружения), происходящего от элементарной субъективной неинформированности, в нашей стране важнейшую роль играет еще один фактор. Это объективный фактор «узости», ограниченности рынка участников, спроса и предложения, информации для прогноза, навязывания или следования чему-либо эффективному. «Узость», понимаемая как критерий неприменимости общей теории, теории больших чисел равноценных и равномерных по правам, целям, возможностям и разумению субъектов и объектов. Недаром среди отечественных инженеров была популярна присказка о «законе ерунды на краях», отражающая полное нарушение классических представлений и красивых правил в пограничных областях.

Есть все основания считать существующее положение в отрасли производства электроники России наиболее близким к «узкому», то есть граничному. Скорее даже — контрастному до того, что получить приемлемую, управляемую и адекватную реалиям картину, единую и непротиворечивую, практически очень непросто. Рассмотрим часть таких «контрастов», хотя на самом деле их много больше, они разнообразнее, и воздействие их на субъекты разнится по важности. Так вот, большая часть «контрастов» связана с отношением «госведомства — исполнители», и это — отражение сложившейся структуры отрасли производства электроники. По оценке специалистов, работающих на отечественном поле электроники, доля прямых и косвенных «госзаказов» составляет от 50 до 80%. Таким образом, как минимум более половины целой отрасли работают в «трансграничной» зоне, где любая информация, принимаемые решения, прогнозы и ожидание «отклика» на воздействие подчиняются скорее законам «фэнтези», а не физики и экономики. Приведем примеры нескольких подобных «контрастов», не являющихся открытием для работающих на реальном рынке.

Финансовая, экономическая стратегия

Не считая общих, красивых, но малозначащих «посланий в экономику» — полное отсутствие увязанной, четкой позиции стратегических предпочтений государственных ведомств, чьей профессиональной обязанностью является выработка именно «стратегического» спроса на государственном уровне. При этом сиюминутно деньги на «новую электронику» выделяются, и немалые. А еще больше — обещают! Но опыт последних 10 лет подсказывает: какая отрасль будет финансироваться, какой конечный результат будет востребован и когда, что станет вдруг, вопреки здравому смыслу, «фаворитом» и «локомотивом» отрасли, не способны угадать даже те, кто участвует в принятии судьбоносных решений. Государство, силами и в лице специальных и профессиональных ведомств, просто не готово гарантировать ничего и никому. Отсюда и адекватное поведение участников рынка: риски минимизируются в ущерб развитию и по объемам производства, и по технологиям, и по кадровой политике. Но в то же время и на месте никто не стоит, так как бизнес в принципе не приемлет состояние «фиксации застоя». Алиса была права: даже чтобы просто оставаться на месте, нужно очень быстро бежать!

Технологический прогноз в производстве

Угадать, что из технологий, компонентов будет востребовано «завтра», можно, но именно угадать, а не рассчитать, опираясь на сведения развивающего отрасль всего остального мира. Наиболее активно «толкают» в сторону передовых технологий, компонентов и приемов поставщики соответствующего оборудования и компонентов. Но у них намного более мобильный бизнес, чем у производителей электроники, да и по «статусу» бизнеса положено постоянно предлагать самое-самое новое.

В то же время наиболее удачливое лобби крупных, «старой формации» предприятий, зачастую являющихся «градообразующими», социально значимыми или «структурно предписанными в госконцерн», надежно отстаивают имеющиеся у них технологии, способы и методы хозяйствования. При этом «модернизация», то есть закупки дорогостоящего оборудования, идет полным ходом: результаты 2010–2011 гг., наверное, покажут рекордные цифры бюджетных затрат. Даже способ определения расходных статей таких предприятий — от «потребности в затратах, и исторического, и социального значения», а не от «рынка» и развития в «завтра». Очевидно, что освоить и эффективно использовать новую технику, обучить специалистов, поставить производственную школу, загрузить заказами технику в соответствии с ее производительностью у новых «хозяев» возможности в ближайшие годы не будет. Через 1–3 года закончится гарантия, через 5–7 лет «технику» придется менять, как минимум модернизировать, и круг рекордной затратности и неумения работать на уровне «мировых достижений» пойдет на новый оборот.

А что предпринимать в этой ситуации наиболее динамичным, реально соответствующим если не «завтрашнему», то хорошему уровню «сегодняшней» мировой практики производителям? Цикл «живучести» тех же технологий составляет не менее пяти лет, объем вложений высокий с высоким же «минимальным пороговым входом», в отличие от «цикла» поставщиков оборудования, материалов и компонентов. Метод перебора, проб и ошибок для серьезных производств неприемлем: одно крупное, неловкое «вложение» — и цветущее предприятие превращается в банкрота. Неверное определение отрасли, потребителя, на которого предприятие сделало ставку, — и, в лучшем случае, серьезный кризис, отставание, потери и переосмысление дальнейшей стратегии.

Похожая ситуация и у разработчиков, у которых от постановки идеи и ТЗ до серийного продукта, когда он выйдет на «пик» производства, составляет те же 3–5 лет (и это оптимистично!): на что им ориентироваться при выборе элементной базы, технологий производства? Причем речь идет не о «глупых» и «ленивых», кто не умеет думать и внедрять. «Мода», то есть за что будут поступать бюджетные либо околобюджетные деньги через год, два-три, создается не на уровне умных и продвинутых разработчиков и производителей, а в ведомствах. Свободы выбора у заказчиков, напрямую или косвенно связанных с «бюджетом», немного: им просто-напросто предпишут, как, что и, очень часто, где делать, потом, когда изделие, по сути, уже должно существовать и работать.

Прогноз в отношении элементной базы и современных материалов

Стоит говорить скорее об отсутствии такого прогноза, о стихии, зависящей от сиюминутной конъюнктуры. Что предпочитает сегодня «государство»: невзирая на стоимость и более чем сомнительный успех — развивать собственное производство процессоров, «логики», пассивных компонентов, то есть ускоренно пройти весь путь тех, кто уже далеко впереди? Или добиваться на государственном уровне снятия барьеров, отмежовывающих отечественную электронику — и особенно электронику ответственного применения, жесткой эксплуатации — от достижений остального, развитого электронного сообщества?

Пока стихия в этом вопросе привела к худшему сценарию. С одной стороны, в стране путем огромных затрат строятся производства… на десятилетия отстающие от современности, консервируя и даже ускоряя отставание. Заставить использовать получающийся продукт удается в основном «административным», апробированным и понятным способом. С другой — если уж «очень надо!» — допускается обращение к «мировым достижениям». Только нас, российских, «мировые» не очень жалуют. И по политическим соображениям, и… просто потому, что мы экономически не интересны со своей стихией, непредсказуемостью и малыми объемами потребления. Кстати, участие в празднике «приглашенных в ВТО» не изменит ситуацию, целиком находящуюся вне «рынка» и его законов: не стоит питаться иллюзиями.

Административное «развитие» отрасли

Большую часть предприятий отрасли (если считать по объемам проведенных финансов, количеству занятых сотрудников, площадям и прочим параметрам) административно поддерживают, заставляют работать. Практически — упрашивают и заклинают! Устойчивое впечатление: в соответствующих министерствах и ведомствах просто не знают о том, что есть живые, технологичные предприятия, не вошедшие в «реестр госдотаций», выпущенный в 1988 году… Живые настолько, что, будучи пасынками отрасли, вопреки проводимой политике сумели стать лучшими не только в России, но и утвердиться на уровне сильных европейских и азиатских «соперников». Таких компаний — десятки, и работают они уже 5, 10, 15 и даже более лет. Что они умеют, знают, какими заказами живут, можно ли на них опираться в НИОКР, в серийном изготовлении, или они обречены освободить место на рынке «исторически государственным заводам», не ведает ни рынок, ни тем более ведомство, «формирующее» этот рынок. И напрасно: если привлечь не очень строгие, но все-таки измеряемые и сопоставляемые критерии — «инновационные технологии, передовые методы управления, высокая эффективность отдачи на затраты» и даже «объем выпуска изделий современного уровня дизайна», то первые десятки строк списка по совокупности этих критериев займут именно «невидимые» государству, но реально эффективные предприятия.

«Поведенческие» курьезы

Без расшифровки и объяснения — почему так! — отметим еще ряд «родимых пятен» нашего пограничного рынка. Приведенные явления — временные, конъюнктурно навязанные и вовсе не преследуют цели, которые заявлены в названиях постановлений, их порождающих.

Катастрофическое опоздание, асинхронность финансирования

Об этом много пишется и говорится на всех уровнях управления практически во всех отраслях. Электроника, к сожалению, не исключение. Кто не работает ежедневно в условиях «готовый комплекс должны были сдать в прошлом году, сделать надо сейчас или «расстреляют», а деньги будут потом, обещаем»? Кто спланировал такую форму работы? Это возможно только для «хронически и безнадежно дотационных», которые в любом случае от государства деньги получают и потому «должны» государству пожизненно. И то — только в рамках продукта, который они сами производят, а не закупают за пределами своих территорий. Где нужны деньги, гарантии и… все, что требует цивилизованный рынок!

Борьба за «чистоту» и «эффективность»

Чудовищные по форме и содержанию «тендеры», «конкурсы», сборы документов вплоть до… чуть ли не интимного компромата на поставщиков. Руководителям «прозрачных» ведомств нужно давать медаль за воплощение «мечты о чистоте» и… за саботаж. Нет такого «тендера», на который не найдется «схема», если она ищется. Нет такого «тендера», который бы не оттянул выпуск изделий на месяцы, а то и на годы. Условия «тендеров» отбивают многих эффективных и привлекают либо «административно ангажированных», либо «шустрых и безответственных». То, что сегодня выдается за «прозрачность» и «чистоту», — игра, которая дорого обходится заказчикам. Игра по сюрреалистичным правилам взамен реалистичных мероприятий, которые не умеют и не желают научиться создавать авторы инструкций, расписываясь в бессилии управлять и контролировать. 99% частных компаний решили эти вопросы в незапамятные времена и не в России. Закономерно, что и в родной стране способы решения не отличаются оригинальностью: рынок работает всюду. Отношения «не государственных» и «не императорских» мастерских по-настоящему эффективны, работоспособны. Иначе бы «динамичных и независимых» просто не было.

Приведенного выше вполне достаточно, чтобы отчаяться и вовсе не идти работать в этот сегмент экономики. Но, к счастью, один из любимых российских парадоксов можно перефразировать и так: «Косность установлений компенсируется разумом участников». И идут в эту область работать, и многие из пришедших — успешны. Примером того, как можно строить и развивать предприятие, разрабатывающее конкурентные, высокотехнологичные и интеллектуальные продукты, с производственной базой, постоянно, на протяжении десяти лет отвечающей самым строгим критериям «передовых технологий, обученности, производственной дисциплины», может служить ЗАО «НПФ “ДОЛОМАНТ”». Это предприятие с современным производственным оборудованием, штатом квалифицированных специалистов на всех участках, собственным дизайн-центром, которое выполняет задания как частных, гражданских заказчиков, так и специальных, в том числе «лицензируемых» для предприятий ОПК, Росатома и РЖД. Рыночные законы (за всю более чем 10-летнюю историю предприятие не имело и не имеет «бюджетных спонсоров») доказывают эффективность компании, понимание ею и следование правилам ценообразования, затратных механизмов, что отвечает ожиданиям заказчиков всех форм рыночной и «нерыночной» собственности в области качества, ответственности, умения, технологии.

Пройдем еще раз по «проблемным» статьям и выявим — на примере «ДОЛОМАНТа» — возможности для таких компаний появиться, выжить, развиться до уровня, на котором их можно не замечать, лишь «закрыв глаза». Позитивный ответ на вызовы естественного и искусственного характера в области проектирования и производства электроники в отдельно взятой стране — в том, что в стране все-таки есть компании, готовые и решающие задачи уровня наиболее развитых и западных, и восточных «соседей».

Строительство и развитие предприятия

Строить и развивать предприятие при отсутствии финансовой стратегии можно, лишь постоянно рискуя. Соотношение «риска потерь» и «прибыли долгосрочной деятельности» присутствует всегда и во всем, это нормальное «ощущение» бизнеса. В наших условиях эти риски обострены полным отсутствием прогнозов, «сигналов» государственной политики и «планируемого в среднесрочном плане бюджета». Мы вкладываем средства в собственное развитие, рассчитывая на оптимистичный сценарий, но не так, как это можно было бы сделать в среде уверенной государственной политики. Критериями для принятия финансово емких решений служат общие тенденции в мире электроники, информация и «сигналы», которые «ДОЛОМАНТ» получает от тысяч своих заказчиков в России, и… готовность к риску. В то же время наряду с новыми вложениями мы стремимся к предельной эффективности имеющегося ресурса. Без этого компания либо «тихо истлела» бы давно, либо занималась бы «строительством производственной пирамиды», готовясь к «яркому банкротству». К счастью для сотрудников, партнеров и клиентов, «тлеть» и «гореть» одно из лучших электронных предприятий страны не собирается, соотнося риски с прогнозом востребованности, работая с различными отраслями экономики и заказчиками различных форм собственности, не допуская «монополизации» клиентской базы, несмотря на сиюминутные выгоды от работы в режиме «моно».

Поддерживать и развивать технологии

Анализ документации, по которой наша компания выпускает продукцию (а это десятки тысяч изделий от сотни клиентов гражданского и лицензируемого сектора в месяц), экстраполяция потребностей и соотнесение их с тем, что происходит на «схожих» рынках США, Европы и Азии, требования, которые анонсирует собственный дизайн-центр, — вот что формирует технологическую политику компании. Безусловно, все это рассматривается в рамках финансовой эффективности и ограничений. То есть решается стандартная задача максимизации отдачи в планируемый период времени за счет внедрения технологий и эксплуатации необходимого оборудования на уровне передового предприятия в своей нише и ее расширения. Как показывает опыт, отсутствие внятной стратегии государства компенсируется множеством «сигналов» рынка, своих разработчиков, технологов, а также постулатом, что «иного пути» в электронике, этакой «российской неповторимой клюквы» быть по определению не может.

Значит — следуем за электронным миром, не сильно отставая от передовых предприятий и будучи востребованы «своими». Когда разрыв увеличивается, становится сложно. Но сложно — всем игрокам, и в этом можно опережать конкурентов. Когда разрыв сжимается, удается достичь максимальной отдачи производства, но следом приходят и конкуренты, что заставляет снова подниматься на ступень выше. Кроме «технологий» сканируется и потенциальный объем выполняемых заказов, сопряженные процессы. Анализ потребностей, прогноз необходимого и отказ от неэффективного непрерывен и не ограничен. То, что вчера было «лишним», завтра может стать крайне необходимым, и опаздывать нельзя. Как и нагромождать то, что не имеет шансов быть использованным с достаточной степенью интенсивности.

Электронные компоненты: лучшие из доступных или доступные из предписанных?

Разработчики нашего дизайн-центра прекрасно осведомлены о том, что предлагает рынок производителей и дистрибьюторов компонентов: прежде чем попасть в разрабатываемое изделие, элементная база проходит экспертизу по доступности и стоимости в отделе комплектования. Дизайн-центр при этом ограничен исключительно «рыночными» инструментами, не оглядываясь на «ведомственные администрирования», «политику» и проч. Тот же отдел комплектования информирует дизайн-центр и постоянных заказчиков о снятии компонентов с производства, временном прекращении их доступности и прочих проблемах. Вариантов «не проиграть» при этом несколько, например, принятие компонентов на склад под проекты «будущих периодов», поиск и предложение аналогов либо замены без и с доработками платы.

С заказчиками «разовыми» подобной деятельности вести нельзя. Ситуацию могут усугублять конструктивные, организационные, «административно-запретительные» ограничения, и в этом случае заказчик либо самостоятельно решает проблему с недоступной элементной базой для своего изделия, либо… заказывает его значительную «переработку».

В любом случае нагрузка по комплектованию производства для текущих заказов, прогноз и меры для повторяющихся проектов, предложение для разработчиков на «завтрашние» изделия и поиск снятой с производства, труднодоступной элементной базы ложится на отдел комплектования. Это не отдел техматснабжения в старом понимании: здесь обязаны работать профессионалы, знающие и мировой рынок элементной базы, и возможности отечественных предприятий, выпускающих то, чего больше нет нигде и ни у кого в мире электроники, они должны разбираться в характеристиках (предлагая аналоги и замены) конструкции изделия и в основах технологии производства. Только в этом случае большинство задач клиентов найдет свое решение. Чем свободнее в выборе наиболее подходящей базы компонентов проект, тем больше вероятность снизить издержки — и финансовые, и временные — на его реализацию. Сказанное относится к электронным компонентам, печатным платам, материалам и другим элементам, из которых состоит конечное изделие.

Регулирование же «органами государства» выбора «электронного меню» затрудняет, а порой — просто стопорит создание продукта. Страдает отрасль, клиент и сам «ДОЛОМАНТ», не имеющий возможности выполнить предназначение изготовителя. Именно поэтому приходится внимательно следить за бесчисленными попытками «порулить отечественной электроникой» со стороны непрофессиональных в этой области государственных ведомств. Пока спасает только то, что вместо показных НИОКР, успеху которых достаточно «бумажного отчета», государство чаще «предпочитает» готовые и работающие функционально законченные изделия.

Преодоление отчуждения от государственных проектов и нивелирование курьезов

Практически в новой России были и остаются три формы становления независимого бизнеса в области производства электроники:

  • Частичная приватизация «советских» мощностей, дающая возможность остаться в «обойме» государственного внимания в виде кредитов, заказов и прямой бюджетной помощи.
  • Создание предприятия «по заказу», то есть использование информации, следование договоренности с руководителями ведомств и департаментов государства. Как правило — под определенный, крупный проект.
  • Создание предприятия без участия бюджетных средств, гарантий и обещаний государства, так сказать — «под идею». Это наиболее сложный, рискованный путь, но он дает подлинную свободу выбора и реализации, максимальную динамичность и в итоге — устойчивость и эффективность. (Конечно, для тех, кто выжил на рынке.)

Добавив сюда предприятия, так и не ставшие «частными» по форме или по содержанию, сложим полную картину участников — поставщиков услуг производства. Их разнят размер, географическое распределение на карте страны, способ ведения хозяйствования и определение «полезности», круг заказчиков и производственные возможности. И как следствие условий рождения — удаленность от крупных, важных, серьезных государственных проектов в нашей отрасли. Самыми удаленными, для кого проект доходит в сильно усеченном виде, финансово заметно обескровленным, со сроками «вчера» и наиболее высокими требованиями по уровню используемых технологий и ответственности за конечный результат, оказываются, естественно, самые эффективные.

Для предприятий, развивающихся скорее вопреки, чем благодаря экономической и технической политике государства (поэтому и более дисциплинированных, жестких, технологичных, мобильных), попадание в цепочку субподрядных изготовителей может произойти либо по счастливому контакту руководителей с департаментом, принимающим решения, либо в результате кропотливой, многолетней работы.

«ДОЛОМАНТ», имеющий сегодня в портфеле заказов большую долю субподрядных договоров по «бюджетным» проектам, шел путем постепенного завоевания доверия, выполняя мелкие заказы чуть ли не «втемную», в начале пути не всегда анонсируя себя как умелого «частного субподрядчика», проводя ремонт и доработки того, что необходимо было заказчикам «запустить», затем — НИОКР и, наконец, серийные изделия из года в год. Предприятие осваивало все необходимые технологии (и современные, и архаичные!) для выполнения таких заказов, обучались технологи и работники, оформлялась разрешительная документация на право выполнять специальные проекты. Все подразделения (разработчики и конструкторы, отдел комплектования, группа специалистов по печатным платам, технологи монтажного, сборочного, механического цехов, менеджеры сопровождения заказов, договорные и юридические службы) учились сами и учили современным технологиям реализации проектов и процессов соответствующие подразделения заказчиков. А заказчики — привыкали к «ответственной безотказности и неограниченному умению» подрядчика, получая не только работающие изделия, но и ценные опыт и знания.

Безусловно, изменение парадигмы распределяющих госзаказы ведомств с «освоить на бумаге» на «представить действующие изделия» принципиально и положительно переломило ситуацию в пользу «жизни». И в пользу производителя, конечно. Это хрупкое положение, которое можно разрушить одним росчерком чиновного пера, «ДОЛОМАНТ» закрепляет ежедневно и крайне внимательно: в отличие от «госпредприятий», рискующих в самом неприятном сценарии выговором и незначительным изменением объема финансирования со стороны государства, «частник» может пасть под ударом всего одной «мины» — и все достижения будут перечеркнуты. Изо дня в день, месяцами и годами «ДОЛОМАНТ» доказывал свою необходимость как субподрядчика только делом: другого ресурса у нас не было и нет. И в силу сложившихся диспропорций внимания к изготовителям разного «ранга», делать реальное дело такие компании должны намного лучше, быстрее, качественнее, менее затратно и без права на ошибку, чем прямые избранники «госбюджета». Таким образом, в конкурентной гонке в сложившейся реальной ситуации на рынке присутствует азарт: нужно быть «на корпус впереди», а не просто «лучше».

Однако если ситуация станет благоприятнее и «частникам» будут предоставлены должные гарантии, доступ к заказам наравне с «государственными избранниками», развитие нашей отрасли может получить мощный импульс. Опасение, что частные предприятия «все съедят и сбегут», не имеет под собой никаких оснований:

  • Никто не отменяет систему отбора субподрядчиков. Должен измениться только набор критериев, и с наделением прав на участие в работах, безусловными гарантиями и обоснованном финансировании, необходимо повышать ответственность исполнителей всех уровней.
  • Выполнение всего объема «госзаказа» с необходимой мерой ответственности силами частных предприятий еще несколько лет будет выглядеть утопией даже при самой благоприятной технической политике. Вероятно, в условиях нашей страны — десятилетиями не будет такой возможности. Речь идет об изменении соотношения пропорций в исполнении, реальном конкурсе по заранее и всем понятным критериям, фактическом исполнении взаимных гарантийных обязательств: генерального заказчика «государства» и исполнителей всех уровней. По законам и правилам, единым и заранее известным всем участникам проектов.
  • Выходить, то есть «сбегать» из бизнеса, показывающего потенциал развития, бросая ресурсоемкие и малоликвидные на рынке вложения, — иррациональное поведение, которое частным компаниям присуще менее всего. Не для этого они создавались, просто не дожили бы до «сегодня»! Скорее, это позиция «хронически дотируемого».
  • Риск передачи «секретов». Даже если принять, что «государственные» предприятия служат эталоном соблюдения закона «о неразглашении», коммерческие компании не отстают и в этом. А самое главное — нет и не может быть «тотального секрета»: в любом изделии можно выделить ключевой параметр, требующий режима секретности. В 99% это «боевое программное обеспечение», а не конструктив и состав элементов. Поэтому «режимные» вопросы решаются просто, надежно и очень недорого.

Еще один аспект взаимоотношений, о котором пытаются вспоминать как о несбыточном: в случае доступа к выполнению крупных государственных проектов может быть наконец востребована, причем без понуканий, призывов и «шумихи», истинная, рыночная, ответственная кооперация. Достаточно «выложить» на рынок гарантированные крупные проекты (причем не один-два), добиться доверия участников, что это всерьез и надолго, как по меркам экономики «мгновенно» будут сложены устойчивые, прогрессивные кооперативные кластеры. Практически это единственный устойчивый и прогрессивный путь развития всей отрасли для всех без исключения участников, переход к ее сбалансированному состоянию, состоянию постоянного изменения, а не косности.

Партнерские связи налаживаются и в сегодняшней ситуации, но они отягощены большой степенью недоверия сторон (если в них участвуют «неравноправные» исполнители и заказчики), опасениями «потерять» с трудом добытый проект (проектов мало, доступ к ним ограниченный, конкуренция непрозрачная и негарантированная), неуверенностью, что проект востребован, будет доведен до конца, из него не выбросят «волевым решением» участника, и он будет оплачен сполна, как обещалось. «ДОЛОМАНТ», например, по понятным причинам не может взять на себя весь «госзаказ», освоить все производства, от ветоши до самолета. Сегодня уже отлажены и действуют четкие механизмы «разделения труда и ответственности», но из-за приведенных выше ограничений их честнее отнести к «партнерству с отдельными участниками», а не к более емкому и сложному понятию стратегической кооперации.

Есть и еще один, серьезнейший, но пока далекий от той точки, в которой находится отрасль, момент. Это — не показная «конверсия», когда танковый завод изготавливает крышки для закатки компотов, а реальная эффективность, отдача от вложений бюджета. Это вывод изделий, изначальное назначение которых — специальное применение, на соответствующий коммерческий рынок путем «облегчения» и незначительной доработки. И выполнить это могут только эффективные, заинтересованные не в «дотациях», а в самодостаточной самореализации предприятия, кооперативные группы. Группы с элементами рыночной экономики, с динамичными участниками и крупными заводами. Когда это произойдет, государственные структуры займутся целеустановкой и гарантией выкупа инновационных решений, сняв с себя несвойственные функции спецраспределителя, торгового дома и портного расползающегося бюджета.

Заключение

Принципиально «почва» подготовлена, специалисты одной из самых динамичных отраслей современной экономики готовы к новому уровню отношений. И это — заслуга всех, кто последние десятилетия вопреки объективным и субъективным проблемам и благодаря своим силам, воле, знаниям, используя каждый благоприятный «сигнал» государства, вкладывался в электронику страны. Умная и реалистичная стратегия, рыночная оценка ресурсов, гарантированное выполнение обязательств и отказ от дискриминации по «имущественному признаку» — фактически это все, что сегодня требуется для здорового развития отрасли. Все остальное нарабатывается участниками без «лозунгов и призывов», в соответствии с полезной для страны «стратегией».

Возвращаясь к ироничному началу статьи: при таком развитии вполне вероятного сценария возникнет неискаженная, дееспособная и полезная конкуренция, и анализировать, прогнозировать экономику отрасли станет возможно с помощью универсальных и проверенных во всем мире инструментов. Другими словами, расширение рынка, снятие бесполезных и «фантомных» ограничений повысят эффективность исполнения заказов и приведут к отказу от «клюквенного» псевдоанализа. Главное — появится видение актуальное и адекватное: «что есть» и «чего можно достичь» путем разработки реально работающих механизмов и стимулирующих концепций.


 
ПОДПИСКА НА НОВОСТИ

Оцените, пожалуйста, удобство и практичность (usability) сайта:
Хорошо
Нормально
Плохо